Банф, Джаспер, Уистлер — эти названия всплывают первыми при поиске «куда поехать в Канаде». Июльские парковки забиты ещё до девяти утра, тропы превращаются в вереницу людей с треккинговыми палками, а бронировать кемпинг приходится за полгода. Канада, однако, не заканчивается на трёх открыточных точках.
За пределами туристического мейнстрима лежит другая страна — с чёрными пляжами Тихого океана, каньонами, прорезающими тундру, и островами, где бизоны пасутся прямо у кромки воды. Десять направлений ниже — это не просто альтернатива Банфу. Это места, которые переворачивают представление о том, какой вообще бывает Канада.
Песчаные дюны на 58-й параллели: озеро Атабаска в Саскачеване
Дюны озера Атабаска — крупнейшая система активных песков к северу от 50-й широты
Словосочетание «песчаные дюны» обычно рисует Сахару. Не Саскачеван на 58-й параллели, в 300 километрах к северу от Ла-Ронжа. Athabasca Sand Dunes — крупнейшая система активных дюн к северу от 50-й широты, протянувшаяся на 100 километров вдоль южного берега озера Атабаска. Высота отдельных гребней достигает 30 метров. Пески здесь не реликтовые: они движутся, перестраиваются ветром и каждый сезон выглядят иначе.
Как песок оказался посреди канадского щита? Восемь тысяч лет назад отступающий ледник оставил колоссальные объёмы измельчённого песчаника. Но сам по себе факт происхождения — не главное. Главное — эндемики. Десять видов растений не встречаются больше нигде на планете, включая редкую Salix brachycarpa var. psammophila — иву, адаптировавшуюся к жизни на голом песке. Ещё четыре вида — эндемики дюнного поля озера Атабаска.
Это единственное место на Земле, где песчаные дюны соседствуют с вечной мерзлотой на глубине полутора метров под поверхностью.
Добраться сюда можно только гидросамолётом из Стоуни-Рапидс или Форт-Мак-Мюррея. Туристической инфраструктуры нет — ни троп, ни указателей, ни кемпингов. Разрешение на посещение и обязательный брифинг у провинциального паркового офицера — единственная формальность перед тем, как оказаться в ландшафте, который не ожидаешь увидеть севернее Саскатуна.
Горы Торнгат: восточный край Канадского щита
Горы Торнгат на полуострове Лабрадор — один из самых труднодоступных национальных парков Канады
На полуострове Лабрадор, на границе Квебека и Нунавута, возвышаются Торнгат — горы с самым драматичным рельефом восточной Канады. Название происходит от инуктитутского tongait — «место духов». Пик Д’Ибервиль (Mount Caubvick) поднимается на 1652 метра; это высшая точка материковой Канады к востоку от Скалистых гор. Склоны обрываются в Лабрадорское море фьордами, которые по вертикальному масштабу сопоставимы с норвежскими, но лишены туристических судов и сувенирных лавок.
Почему сюда почти не едут? Логистика. Ближайшая дорога заканчивается в сотнях километров южнее. Попасть можно чартерным рейсом из Гус-Бей или Нейна в базовый лагерь Torngat Mountains Base Camp — сезонный исследовательский и туристический хаб, управляемый инуитами Нунатсиавута. Сезон короткий: с середины июля до конца августа. Всё остальное время здесь царят минусовые температуры и штормовые ветры.
Помимо фьордов и скальных цирков посетитель получает нечто менее очевидное: прямой контакт с инуитской культурой. Сотрудники базового лагеря — местные жители; они же — гиды, рассказывающие историю этой земли не по учебникам. В тундре вокруг лагеря бродят карибу; с утёсов можно наблюдать белых медведей, мигрирующих вдоль побережья.
Стоун-Маунтин: нетронутая альтернатива Банфу в Британской Колумбии
Когда говорят о Скалистых горах в Британской Колумбии, первым делом всплывает Йохо или Кутеней — соседи Банфа по туристическому потоку. Stone Mountain Provincial Park, в 140 километрах к западу от Форт-Нельсона, — зона, куда этот поток не дотягивается. Парк раскинулся на 25 000 гектаров вдоль Аляскинского шоссе и предоставляет ровно то же, что и его знаменитые родственники южнее: альпийские луга, скальные башни, каньоны, прорезанные ручьями талой воды.
Разница — в плотности посетителей. В пик сезона на тропе Саммит-Трейл вы встретите не сотню человек за день, а ноль. Или единицу. На 45-километровом отрезке хребта Макдональд, где высоты скачут от 1200 до 2200 метров, обитают снежные бараны Далла — популяция, оцениваемая примерно в 600 особей. Здесь же — тонкоголовые бараны (Stone’s sheep), давшие парку название.
Стоун-Маунтин — это Банф минус толпа, плюс полная тишина альпийской тундры на высоте 2200 метров.
Практическая деталь: ближайшая АЗС и магазин находятся в Toad River (70 км к югу). Парк бесплатен — плата за посещение не взимается. Кемпинги Summit Lake и Wokkpash работают по принципу first-come, first-served. Медвежий баллончик обязателен: гризли здесь — хозяева, а не гости.
Чёрные пляжи Тихоокеанского национального парка
Pacific Rim National Park Reserve на острове Ванкувер — странный гибрид. Его южный участок, Лонг-Бич, известен сёрферам и упоминается в путеводителях. Но северный сегмент — тропа West Coast Trail — остаётся нишевым из-за физических требований: 75 километров по скалам, грязевым подъёмам и лестницам из кедровых стволов. А центр парка, архипелаг Брокен-Груп, доступен только по воде.
Чёрный песок здешних пляжей — продукт эрозии базальтовых скал, размолотых Тихим океаном за тысячелетия. В сочетании с дрифтвудом — выбеленными стволами ситхинской ели, которые океан выбрасывает как спички, — пейзаж получается почти монохромным. Добавьте туман, который наползает с воды за считаные минуты, и получите ландшафт, который фотографы сравнивают с исландским, но на 49-й параллели.
С мая по октябрь вдоль побережья мигрируют серые киты (примерно 20 000 особей); часть из них заходит в бухты парка на кормёжку. Наблюдение возможно с берега — например, с мыса Кватесит-Пойнт — без необходимости выходить в море на катере.
Каньон Наханни: легенда Северо-Западных территорий
Вирджиния-Фолс (96 метров) — центральная точка национального парка Nahanni, куда добирается менее тысячи туристов в год
До Наханни добирается ничтожная доля посетителей Канады — порядка тысячи человек в год. Причина: парк находится в 500 километрах от ближайшей круглогодичной дороги, и попасть внутрь можно только гидросамолётом из Форт-Симпсона. Nahanni National Park Reserve — это 30 000 квадратных километров диких гор Маккензи, речных каньонов глубиной до 1000 метров и водопада Вирджиния-Фолс, который вдвое выше Ниагарского (96 метров против 51).
Главный маршрут — сплав по реке Саут-Наханни. 280 километров от водопада Вирджиния-Фолс до посёлка Наханни-Бьютт занимают от 10 до 14 дней. Четыре каньона следуют один за другим; четвёртый, известный как «Ворота» (The Gate), представляет собой вертикальную скальную стену, которую река прорезала на 150 метров в глубину при ширине русла менее 75 метров.
Вирджиния-Фолс: 96 метров падения воды при ширине потока 260 метров — вдвое выше Ниагары и в десять раз безлюднее.
Горячие источники — ещё одна причина отправляться в этот маршрут. Hot Springs Circle на 117-м километре каньона — естественный бассейн с температурой воды около 35 °C, окружённый тропической растительностью, возникшей из-за микроклимата. В июле здесь цветут орхидеи. В 350 метрах над уровнем моря, на 61-й параллели.
Остров Сейбл: кладбище Атлантики
В 300 километрах к юго-востоку от Галифакса лежит 42-километровая песчаная коса — остров Сейбл. Полумесяц, движущийся: под действием атлантических течений остров дрейфует на восток со скоростью примерно 200 метров в столетие. За всю историю наблюдений у его берегов потерпели крушение более 350 судов — отсюда прозвище «Graveyard of the Atlantic».
Но туриста остров интересует не кораблекрушениями, а лошадьми. Популяция из примерно 500 одичавших лошадей живёт здесь без вмешательства человека. Это потомки животных, конфискованных у акадийцев британской администрацией в середине XVIII века и высаженных на остров контрабандистом. За 260 лет изоляции они образовали генетически уникальную популяцию — одну из немногих полностью диких лошадиных групп в Северной Америке.
Ещё один факт: остров Сейбл — одно из немногих мест на восточном побережье, где можно увидеть самую большую в мире колонию серых тюленей (около 50 000 особей в сезон размножения). Доступ на остров — только с разрешением Parks Canada и обычно в составе организованной экспедиции.
Провинциальный парк Уэллс-Грей: водопады, о которых молчат путеводители
Wells Gray Provincial Park в Британской Колумбии занимает 5400 квадратных километров — больше, чем площадь провинции Остров Принца Эдуарда. На этой территории 39 поименованных водопадов; ещё десятки остаются безымянными. Хелмкен-Фолс (141 метр) — четвёртый по высоте водопад Канады, образованный не руслом, а обрывом застывшего лавового плато, с которого вода падает единой стеной.
Геологический контекст — главное, что отличает Уэллс-Грей от других национальных парков. Парк расположен на территории древнего вулканического поля Клируотер. Базальтовые потоки, извергавшиеся здесь 10 000–200 000 лет назад, сформировали ландшафт, который теперь прорезан рекой Клируотер и её притоками. В отличие от ледниковых долин Банфа, здесь — лавовые каньоны, пирокластические конусы и кратерное озеро Murtle Lake.
Для посещения доступны три основные зоны: южный коридор вдоль дороги Clearwater Valley Road, западный — озеро Mahood Lake с песчаными пляжами на лавовых берегах, и северо-восточный — Murtle Lake, где единственный способ передвижения — каноэ.
Туктояктук: Северный Ледовитый океан, доступный по дороге
Малоизвестные парки Канады — это не только леса и горы. Туктояктук на Северо-Западных территориях — крошечное инувиалуитское поселение (около 900 жителей) на берегу моря Бофорта. В ноябре 2017 года сюда достроили всесезонную дорогу Inuvik–Tuktoyaktuk Highway (ITH) — 137 километров гравия, соединяющих посёлок с остальной Канадой.
До открытия трассы попасть на арктическое побережье можно было только самолётом или по зимнику. Теперь — на обычном автомобиле. Дорога проходит по вечной мерзлоте; дорожное полотно уложено на геотекстильную подушку толщиной до полутора метров, чтобы тепло от транспорта не растапливало грунт.
Что ждёт на месте: пингос — конические ледяные холмы, крупнейшие в мире (некоторые достигают 50 метров в высоту и растут со скоростью около 2 сантиметров в год). В июле солнце не заходит за горизонт 56 дней подряд. Температура воды в море Бофорта — около 4 °C; купание в ней — местный ритуал для приезжих, а не для инувиалуитов, которые смотрят на это с молчаливым недоумением.
Туктояктук — единственная точка на карте Канады, где можно подъехать к Северному Ледовитому океану на легковом автомобиле по всесезонной дороге.
Остров Принца Эдуарда: не только картофель и «Аня из Зелёных Мезонинов»
PEI National Park занимает узкую полосу вдоль северного побережья провинции — 42 километра песчаных дюн, прибрежных пресноводных лагун и песчаниковых скал красного оттенка (оксид железа в породе). Здесь нет альпийской драмы Банфа — вместо неё горизонтальные ландшафты, где самое высокое «восхождение» составляет 40 метров над уровнем моря.
Но отсутствие высоты компенсируется другим: температурой воды. К середине августа залив Святого Лаврентия у северного берега прогревается до 20–22 °C — это самая тёплая морская вода в Канаде. Пляжи парка — не дикие и труднодоступные, как на Ванкувере, но в июле даже на популярном Brackley Beach достаточно места, чтобы не видеть соседей на расстоянии ближе ста метров.
Велосипедная инфраструктура — отдельный довод. Конфедерационный Трейл — 435 километров бывших железнодорожных путей, переоборудованных в гравийную велодорожку, — пересекает остров от Тигниша на западе до Эльмиры на востоке. Независимо от того, где именно остановиться, до ближайшего участка трейла не более 20 километров.
Кейп-Чёрчилл: белые медведи, белухи и тысячелетние скалы
Чёрчилл в Манитобе широко известен как «мировая столица белых медведей». Но известность почти полностью сконцентрирована на октябре-ноябре, когда медведи скапливаются на побережье в ожидании ледостава. Июльский Чёрчилл — другая реальность. Летом Гудзонов залив освобождается ото льда, и в устье реки Чёрчилл заходят примерно 3000 белух — одна из крупнейших летних агрегаций китообразных, доступных для наблюдения.
Скалы в устье реки — кварцитовые формации возрастом около 1,8 миллиарда лет. Лодочная экскурсия позволяет подойти к ним вплотную: белухи, известные своей вокализацией (моряки XIX века называли их «морскими канарейками»), подходят к лодкам из любопытства, а не избегают их. В прозрачной воде Гудзонова залива можно видеть животных на глубине двух-трёх метров.
Самый контрастный момент посещения — форт Принца Уэльского, построенный Компанией Гудзонова залива в 1731–1771 годах. Массивная каменная звезда на 42 пушки, ни разу не сделавшая боевого выстрела. Ни единого. Французы взяли форт в 1782 году без единого выстрела со стороны обороняющихся — с трёх сторон суша, с одной вода, и гарнизон из 39 человек просто сдал позицию.
Эти десять направлений — срез другой Канады. Той, где плотность туристов на квадратный километр измеряется не сотнями, а единицами или нулём. Где ландшафт не обрамлён парковкой, сувенирным киоском и очередью на фотографию у указателя. Проблема Банфа не в том, что он переоценён — он ровно настолько хорош, насколько о нём говорят. Проблема в том, что 90 процентов посетителей канадских Скалистых гор не доезжают до следующего хребта.
